Нужен ли России малый бизнес?

Кризисная ситуация в экономике, усугубленная режимом вынужденной самоизоляции, делает этот вопрос злободневным, поскольку именно малый бизнес (МБ) наименее защищен в этих условиях. Сколько предприятий выживет – во многом зависит от позиции государства. Именно так ставит вопрос и комментирует ситуацию президент фонда «Русский предприниматель» Сергей Писарев.

К малому бизнесу в нашей стране отношение своеобразное. И со стороны властей, и со стороны населения. Дескать, есть такие неугомонные чудики, не сидится им спокойно, вечно тянет что-то предпринять…  Вреда от них вроде немного, но и пользы особо никакой.

Складывается ощущение, что для властей малый бизнес – это вечный надоедливый раздражитель, от него отмахиваются, обещают поддержку – лишь бы не мешал.  Может быть, прежде чем обещать и, тем более – помогать, сначала нужно определиться: а нужен ли современной России малый бизнес в принципе? Если нет, то сегодня сложилась отличная ситуация, чтобы навсегда закрыть этот вопрос и во всем будет виноват злодей-коронавирус, а не государство и общество. Может правда, американские сети «говно-еды» и букмекерские конторы стране нужнее, чем отечественный МБ?

Нужен ли малый бизнес всем нам?

Для ответа на этот вопрос надо понять значение МБ для современной экономики и общества в целом. Я же попробую встать на его защиту.

Первое – занятость населения и вопросы демографии. Далеко не все граждане России работают на крупных предприятиях и в госкорпорациях. Газпром, как бы велик он не был, всех работой не обеспечит. Впрочем, если рассматривать Россию как сырьевой придаток Запада, то “для обслуживания трубы” требуется всего 30-40 миллионов, занятых в сфере газо-нефтедобычи, транспортировке энергоносителей и сопутствующего сервиса. Такое циничное высказывание приписывают Маргарет Тэтчер. Судьба остальных граждан РФ ее не интересовала.

Но если Россия намерена сохранить свой суверенитет и целостность территории (до сих пор – самой большой в мире), то ее надо осваивать, охранять и развивать, а население – трудоустраивать и кормить. Это как минимум. Чтобы оно, это население, по крайней мере, не сокращалось (а его численность падает уже третий год подряд). А с задачами занятости, самообеспечения и повышения жизненного уровня населения неплохо справляется именно малый бизнес.  

Второе. В основе современной экономики – не только корпорации-гиганты с их огромными оборотами и отчислениями в бюджет. Но и, прежде всего – платежеспособный потребительский спрос населения. А его во многом обеспечивают малые предприятия, на которых в РФ занято около 20 миллионов человек (около 25% работоспособного населения). А с членами семей эта цифра намного больше. Нет у них работы и денег – потребительский спрос падает, продукция гигантов никому не нужна – экономика умирает, вместе со всеми корпорациями-гигантами. Это и показывает сегодняшний глобальный экономический кризис. Кризис потребления и перепроизводства. Хорошо это или плохо в стратегическом смысле – это вопрос отдельный.

Третье. Общеизвестно, что МБ – более эффективен в удовлетворении потребностей населения и повышении качества услуг, в том числе за счет реальной конкуренции. Достаточно вспомнить, каким был в стране общепит в советские времена (столовые называли “тошниловками”) – и какой он сейчас, когда стал частным. Нет конкуренции – нет качества. Благодаря быстрой реакции и конкуренции МБ реально повышает жизненный уровень всех нас.

Другими словами, именно малый бизнес мог бы решать три задачи: демографии и самообеспечения значительной части населения страны; обеспечения платежеспособного спроса и повышения качества жизни. Без МБ страна обречена на обострение вяло текущего кризиса или постепенное скатывание к модели командной экономики по типу советской уровня 1980-х. Последствия известны.

Омертвление и монополизация экономики

Увы, последние годы всё чаще прослеживаются тенденции сокращения доли малого бизнеса в экономике страны. Крупные корпорации, в том числе сырьевые, имеющие административный ресурс и достаточно свободных средств, всё чаще инвестируют их в сферы, которые в развитых странах традиционно занимает малый бизнес. В их числе – сельское хозяйство, платные медицина и образование, жилищное строительство и т.д.  Предприниматели или разоряются, или становятся наемными работниками в предприятиях корпораций.

Кроме монополизации и «неповоротливости», еще одно уязвимое место такой системы – зависимость от личных качеств первого лица, хозяина. Хорошо, если это человек «продвинутый» и эффективный. А если бизнес-империя достаётся по наследству отпрыску-мажору, разведенной жене, вдове или другим непонятным родственникам? Целые города и регионы могут оказаться заложниками управленческих решений «нового хозяина». И не только на основном производстве, но и во многих других сферах жизнедеятельности конкретного муниципалитета.

Ну, а пока вклад малого и среднего бизнеса в России составляет порядка 20%, тогда как в развитых странах он достигает 50-60%. При этом и без коронавируса число занятых в МБ сокращалось примерно на 1 млн. в год.

Какие меры поддержки реально оказывает государство? 

С одной стороны, государство устами своих высших чиновников, объявляет о всемерной поддержке МБ. С другой – реально почти ничего не сделано. На сайте Налоговой службы размещен документ о том, что для ООО и ИП оплата страховых взносов (30,6% от фонда оплаты труда) перенесена на 4-6 месяцев. Но не для всех, а для наиболее пострадавших от коронавируса видов деятельности. (В частности, аренда и управление недвижимым имуществом  в число таких видов не входит). Платить придётся,  даже если предприятие будет закрыто по указанию властей. Чтобы, согласно указаниям, выплачивать зарплату работникам неработающего предприятия, можно взять кредит… под залог личного имущества предпринимателя.

Ожидаемое снижение страховых взносов до 15% государство, как и обещало, выполнило, но с существенными оговорками. Минимальная оплата труда (12 130 рублей) как и прежде, облагается по ставке 30,6%, а всё что свыше – по ставке  15,6%  Таковы данные онлайн-рассылки налоговых органов по Свердловской области от 10.04.2020 года.

Еще одна ловушка для МБ. Несмотря на карантин и пустующие офисные и торговые помещения, плату за услуги ЖКХ (электричество, тепло- и газоснабжение, вода и т.д.) и налог на землю – никто не отменял.

Если предприниматель вовремя не рассчитается по налогам государству, то вынужден будет отдать бизнес в государственную собственность. Если не сможет рассчитаться по кредитам с банком – то отдаст бизнес банку. Куда ни кинь – всюду клин. 

Политика удушения бизнеса

И во время карантина, и после него большая часть МБ не просит от государства никаких подачек. Ему нужно всего две вещи: доступные (а не кабальные) кредиты, как во всем мире. И обоснованные тарифы. И то, и другое в России запредельно высоко.

К слову, для МБ большая часть расходов ложится не на налоги с деятельности, а на растущие ежегодно по непонятным причинам услуги ЖКХ и другие обязательные платежи, типа налога на землю или обслуживание кредитов.

Банковский сектор России получил за 2019 год два триллиона рублей прибыли (или около 30 миллиардов долларов). Реальному сектору экономики России такая прибыль даже не снится. В то время как по причине запредельно высоких ставок по кредитам они, эти кредиты, реальному сектору практически не доступны.

Кто-то скажет, а как же неоценимая помощь наших банков населению в приобретении жилья через ипотеку? Впрочем, почему же «неоценимая»? Очень даже оценимая. С учетом средней ставки около 10% в год, граждане России платят 100% стоимости жилья застройщику и еще примерно 100% – банку. То есть покупают жилье вдвон дороже. В итоге «добрые банки» от продажи жилья получают больше прибыли, чем сами строители. Риторический вопрос: «Кому на Руси жить хорошо?». Реальному сектору или ростовщикам?

Нынешние банки – это настоящие ростовщики, сосущие кровь у реальной экономики и населения страны. Может быть, если банки заработают не 30 миллиардов долларов, а «всего» 3, то вся экономика, население и МБ вздохнут свободнее? Хотя бы на 27 млрд. долларов?

Инвестиционный климат: бюрократизм зашкаливает

Справедливого, профессионального контроля за естественными монополиями, регулировкой тарифов со стороны государства на сегодня нет.

Простой пример – скачкообразный рост кадастровой стоимости земли, которую инициировали чиновники несколько лет назад. Она мгновенно выросла в 100 раз. Все суды были завалены исками возмущенных пользователей земельных участков, и чаще всего суды выносили решения в их пользу. Но сколько было потрачено сил и нервов предпринимателей! А кто-то и вынужден был и платить. Кого из чиновников за столь бездарное решение наказали, уволили? Никто об этом не слышал. И таких примеров немало. Спросите у МБ.

Общеизвестны проблемы с подключением новых объектов к электро- или газоснабжению. В прошлом году – проблему на ровном месте создали в ходе мусорной реформы, начисляя необоснованные платежи, от которых страдает и население, и МБ.

Отдельная старая тема – согласование каких-либо вопросов с органами власти, надзорными, правоохранительными органами. Ощущение, что «эта музыка будет вечной». В итоге получается, что и вчера, и сегодня МБ в России работает не благодаря, а вопреки государственной политике. Не удивительно, что число предпринимателей и малых предприятий год от года не растет, а сокращается. 

Власти пора определиться 

…Если власть считает, что малый бизнес ей не нужен, то для его решительного сокращения сейчас самое подходящее время. Своим действием, а вернее, бездействием, власть именно этому и способствует.

Если же МБ стране нужен – то надо ему помогать реально, а не на словах.  Хотя бы так же, как американским Макдональдсу с Кока-Колой и отечественным букмекерам. Но главная печаль от таких решений даже не в цифрах и сомнительной экономике. Помогая зарубежным системам «быстрого питания», разным Кока-Колам, разрушающим здоровье нации, или букмекерским конторам, подсаживающим население на азартные игры, чиновники показывают не только свою профнепригодность.

В свое время «лучший министр финансов» Алексей Кудрин, к примеру, переживал за экономические потери из-за воссоединения Крыма с Россией. То есть главная беда заключается даже не в недостаточном профессионализме принимаемых решений, а в том, что современный чиновник (за редким исключением) за цифрами плохо различает человека.

Похоже, без внеочередной прямой линии Президента со страной на тему коронавируса не обойтись?