Тендер на снос до суда

Два года назад Анжела Зильберг и ещё 11 семей собрали средства и вскладчину построили трёхэтажный дом на садовом участке № 15 СНТ «Поселковое». Кто-то продал свои квартиры в других городах, кто-то взял кредит, кто-то вложил накопления всей жизни.

Застройщик Анжела получила свидетельство на земельный участок и технический паспорт. Пока без права собственности в нём были прописаны 12 семей.

Снос дома. Фото: Алина Менькова 

«Мы были ИЖС — индивидуальное жилищное строительство, но вот готовили документы, чтобы стать Ж-4 — жилой зоной, передать право собственности жильцам. Поймите, я не хотела нарушать закон, потому делала всё, как нужно — собрала всю необходимую информацию. Писала лично мэру Сочи Анатолию Пахомову, необходимо ли мне разрешение на строительство, он ответил, что согласно пункту 17 статье 51 градостроительного комплекса выдача разрешения на строительство не требуется, так как участок наш находится в садовом товариществе…» — Анжела показывает документы, аккуратно вынимая каждый из файла. Руки её дрожат.

У Анжелы есть все документы, подтверждающие, что дом построен законно. Фото: Алина Менькова 

Но уже в сентябре без предупреждения жильцов Центральный районный суд Сочи выносит решение снести дом. Вот выдержка из судебного решения:

«Признать четырёхэтажный объект незавершённого строительства размерами в плане 16×13,1 м, площадью застройки 209,6 кв. м., общей площадью 838,4 кв. м., расположенный по адресу: г. Сочи, Центральный район, СНТ «Поселковое», ул. Поселковая, участок № 15 — самовольной постройкой».

Справка
СНТ «Поселковое» занимает около двух гектаров на горе Виноградная. В него входят около 50 участков площадью от пяти до семи соток. Почти все участки заняты под индивидуальное жилищное строительство и плотно застроены трех- и семиэтажными домами. Часть построек узаконена через суды.

«Решение суда противоречит одному из постановлений Верховного суда от 2010 года, которое предусматривает, что только отсутствие разрешения на строительство может стать единственным основанием для сноса жилого строения, — разъясняет ситуацию адвокат Анжелы Марина Быстрицкая. — Но дом Анжелы Зильберг построен не на обычном земельном участке, а на садовом. Для того, чтобы на садовом участке построить дом, по закону никакого разрешения не нужно. Следовательно, действия городских властей законодательно не обоснованы. Кроме того, суд не известил Анжелу надлежащим образом о своём решении — нарушил её процессуальные права».

Позже выяснилось, что ещё до суда, в августе, на портале госзакупок был проведён тендер по выбору подрядчика, который снесёт здание. И ещё до вступления судебного решения в силу к жильцам пришли представители строительной компании и оповестили, что они должны оплатить госконтракт, заключённый на сумму 2 миллиона 900 тысяч рублей. Людей не только лишали крыши над головой, но и сделали должниками.

Дом приехали ломать 1 октября, в дождь.

«Напали ночью, без предупреждения, как фашисты. Но тогда война была, а тут свои на своих! Травля самая натуральная! — рассказывает собственник дома Анжела Зильберг. — Чтобы вывезти вещи из квартир, дали пять суток. Но забрать своё имущество мы до сих пор не можем — работы по сносу не останавливаются ни на минуту».

Жильцы даже не успели вынести свои вещи. Фото: Алина Менькова 

«Везде фальшивки!»

Гора Виноградная, где стоит дом, представляет собой крутой склон, требующий укрепления. Сваи, которые держат косогор, и пристроенные к ним цокольные этажи визуально были обозначены мэрией и судом не как вспомогательные строения, необходимые для удержания склона, а как лишние этажи.

«Суд считает, что это самострой, мол, третий этаж у нас лишний. Но строительный надзор и госэкспертиза ещё год назад по запросу администрации подтвердили, что третий этаж — нежилой, это мансарда. Там хранили стройматериалы, а впоследствии мы хотели сделать там котельную», — показывает фотографию ещё «живого» дома Анжела.

«Дом построен законно и без нарушений, — акцентирует внимание адвокат. — Как и положено, расстояние от нулевой отметки фундамента до конька крыши дома не превышает 15 метров, а его площадь занимает не более 50 % всей площади земельного участка».

Дом до сноса. Фото: Алина Менькова 

О слушаниях в суде никто жильцов не предупредил.

«Почему не вступить с нами в диалог, не сказать, что переделать — мы согласны, зачем сразу-то сносить? Недавно я узнала, что, оказывается, дала согласие на то, чтобы это дело рассмотрели без моего участия. Но это фальшивка!» — Анжела показывает документ и свой паспорт.

Ходатайство, к которому Анжела не имеет отношения. Фото: Алина Менькова 

«Вот, сравните. Разве похоже на мою подпись? Графическую экспертизу производят по решению суда, если сделаю её сама, то не факт, что в суде её посчитают действительной».

Подпись в паспорте Анжелы. Фото: Алина Менькова

Анжела считает, что решение суда тоже фальшивое.

Решение суда. Фото: Алина Менькова 

Анжела уверена, что снос их дома, как и снос на соседнем участке № 9, выгоден властям Сочи.

«Им необходимо освоить миллионы, выделенные на сносы домов. На людей — плевать! Это хорошая земля, близко море, с левой стороны — резиденция Путина. Какой-то мужичок на джипе вечно здесь околачивается, что-то высматривает. Хотят отнять жильё у нас, построить здесь элитные дома — к Олимпиаде похвастаться. Потому и меня просто игнорируют. Ни МЧС, ни органы соцзащиты или опеки, ни ситуационный центр — никто не откликнулся, когда нас выгоняли на улицу под дождь. Мы обращались к ним всем, никто не приехал. А что может сделать один человек против всей системы?»

По дороге к резиденции Владимира Путина. Фото: Алина Менькова

По словам адвоката Анжелы Марины Быстрицкой, у собственников имеются все правоустанавливающие документы на дома и участки.

«Власти так торопились, что даже забыли отменить права собственности на дома. Ведь эти свидетельства выдавались государственными регистрирующими органами», — отмечает адвокат.

Марина уверена, что жители, на которых возложена оплата сноса их домов, имеют полное право знать, кто и как работает на сносе и соответствует ли эта работа оплачиваемой по госконтракту.

«3 миллиона на снос дома — да я его за 300 тысяч снесу сама. Дайте только возможность! Даже в смете фальсификация — разборка покрытий из листовой стали, а у нас мягкая кровля», — объясняет Анжела.

Рабочие разбирают дом. Фото: Алина Менькова

«Ни ограждений, ни техники, ни цивилизованных орудий производства, ни страховок, ни документов о том, что фирма и её рабочие имеют лицензию на такой вид работ, да и вообще имеют разрешения на работу, мы не видели. Здесь должны быть УФМС, полиция, прокуратура, органы опеки и попечительства, так как выселяют детей. Должна быть трудовая инспекция. Но никого нет, и дозвониться ни до кого невозможно», — рассказывает Марина Быстрицкая.

Олимпиада любой ценой?

Мы садимся в машину, чтобы ехать в суд. У Анжелы звонит телефон. Ей сообщают, что она не явилась на заседание. Сегодня, 15 октября, в 9:30 рассматривали её заявление на обжалование исполнительного сбора.

«Заседание перенесли с двух часов дня на полдесятого утра. Они предупредили моего представителя, а меня нет. Я почему-то всё узнаю последней», — расстраивается Анжела.

Представитель не сказал Анжеле о переносе заседания. Фото: Алина Менькова

Когда Анжела дозванивается до своего представителя, то оказывается, что тот был в курсе, но не успел её предупредить.

«Такое ощущение, что меня специально загоняют в безвыходное положение. И не меня одну».

По дороге в суд замечаю дом с кричащей надписью над забором: «Благодаря коррумпированной власти, у нас отобрали землю и единственное жильё».

Ещё один дом готовят на снос. Фото: Алина Менькова 

У дома толпятся люди, плачут дети. Пристав-исполнитель Сергей Харланов сочувствует жителям: «Я обязан исполнить решение суда, а именно — сломать дом и выселить из него вас».

Справка
Законопроект, устанавливающий порядок изъятия земель под строительство олимпийских объектов в Сочи, был принят Госдумой в июне 2008 года. 3 августа 2010 года внесли изменения. Высшее руководство заявило, что земельные участки под строительство объектов для проведения Олимпиады в Сочи в 2014 году будут выкупаться по рыночным ценам, либо их владельцам будут предоставляться равноценные участки.

Причина сноса очевидна — на этом месте пройдёт дорога, включённая в перечень олимпийских объектов. В администрации города считают, что большая часть земли, на которой расположен дом (0,23 га), находится в муниципальной собственности. Трём собственникам дома на счета в Сбербанке было перечислено по 1,3 млн рублей. Члены семьи уверены, что их имущество стоит больше.

«Нас в зиму с детьми гонят на улицу, лишают регистрации в канун Олимпиады. Раз у нас не будет регистрации, мы не имеем права здесь находиться, потому что нарушим паспортный режим. А ведь дети ходят в школу, в детский сад, мы работаем здесь. Если эта практика выселения распространится, в городе сотни людей станут, по сути, бомжами», — дрожащим голосом произносит Анник Торомонян и отказывается фотографироваться.

Мы садимся в машину и едем в суд на очередное заседание знакомой Анжелы — Валентины Чащиной. Она купила две квартиры по 40 и 25 квадратных метров в доме на соседнем участке № 9 СНТ «Поселковое». И его тоже сейчас сносят.

«Я сама из Архангельска. Там у меня сейчас муж и сын. В жизни бы сюда не сунулась, в этот ад, если бы не дочь, которая решила здесь жить 10 лет назад. Она недавно родила дочь, растит её одна. Мы с мужем взяли кредит, влезли в долги, чтобы купить ей жильё — сколько можно по съёмным мотаться? Купили квартиру ей и нам, чтобы было, где остановиться летом. Отдавать будем по 20 тысяч следующие 15 лет, а сейчас мы бомжи. У дочери молоко пропало — судимся без конца, безрезультатно. Всё ужасно, вот с малышкой сюда ходим», — рассказывает со слезами на глазах Валентина Чащина, прижимая к себе внучку.

Валентина Чащина с 8-месячной внучкой и дочкой остались без жилья. Фото: Алина Менькова

«Кому нужна эта Олимпиада такой ценой? Скажите?!» — спрашивает она.

Около суда люди обсуждают исход заседаний. Некоторые открыто называют цифры — у каждого исхода дела своя цена.

«Я бы заплатила им, понимаете? Просто уже поздно было, никто ничего не слышит!»

Молчание чиновников

Анжела Зильберг сейчас живёт в одной из комнат на участке № 11, туда она и поселила всех тех, кто остался без крова.

Здесь жила Валентина Чащина. Фото: Алина Менькова 

«Много лет назад мне посчастливилось познакомиться с очень хорошим человеком. Я помогла ему построить частный гостевой дом, и в награду он подарил мне 4 комнаты в нём. Если бы не они — все бы мы на улице ночевали. Расселились пока здесь».

Временное жильё тех, кто остался без дома. Фото: Алина Менькова

«Сегодня утром видела, как рабочие ошиваются уже и у этого дома. Непонятно, что им здесь надо? Может, ищут причину, по которой можно нас и этого лишить?»

Впереди ещё не один снос. Всего на сносы «самовольных» построек бюджет Сочи выделил 10 миллионов рублей. Сочинцы негодуют — зачем им такая власть, которая делает их бомжами, лишает домов, зачем им такая Олимпиада?

В здании суда ищут правосудия. Фото: Алина Менькова

Вопрос пока остаётся без ответа. Чиновники молчат. На официальные запросы, отосланные редакцией мэру Сочи Анатолию Пахомову и федеральному судье Николаю Шевелеву, который вёл дело Анжелы Зильберг, ответа не поступило. Личный секретарь Николая Шевелева Кристина отмахнулась: «У меня много дел! Не видите, я занята!».

АиФ.ru

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*